Он все-таки заболел. Организм молодого мужчины, два месяца успешно не замечавший коронавирусной инфекции, сдался. Дмитрий слег, несмотря на все меры предосторожности: регулярное ношение маски, перчаток и выходы из дома только в случае крайней необходимости — в магазин, на работу. Все это время он опасался не за себя — за своих маленьких детей и жену, которые весь период самоизоляции сидели дома, хотя им так хотелось выйти прогуляться или сходить в магазин...
«Очень похоже на коронавирус»
- Заболел я, - с грустью в голосе прозвучал тихий его голос на том конце телефона. - С утра температура высокая, горло болит.
Сразу же вызвали участкового врача. Та пришла, осмотрела, послушала легкие и сказала, что «очень похоже на коронавирус».
- Сразу предупредила, что надо сидеть дома, пить противовирусные препараты, держаться подальше от детей, - это сегодня он рассказывает о пережитом с иронией и удивлением, а тогда, когда болезнь в его организме боролась за победу над физически-развитым телом, голос в трубке — мы созванивались с ним ежедневно — был напряженный и одновременно довольно унылый.
Ему было не то, что не до смеха, - даже улыбаться сил и желания не было... Фельдшер предупредила, что завтра придет бригада, чтобы взять анализы и выяснить, «корона» или нет?
Есть не хотелось. Дети, напуганные уже только тем, что отец остался дома, хотя должен бы вроде уйти на работу, не сильно докучали. Хлопоты с ними взяла на себя Наташа. К вечеру температура у него поднялась до 39 градусов. Зато поспал — говорит, в сон провалился, будто в какую-то яму. Проснулся под утро. Тело горело, хотя на градуснике значилось «всего» 38,3.
Правда, как назло за окном становилось все жарче… Еле-еле нашел в себе силы перекусить, выпил морса. И стал ждать бригаду. С женой решили, что, если придется ехать в бокс на изоляцию, то это немного обезопасит и ее, и детей — старшего пятилетнего Игоря и младшую Алену, ей только-только исполнился годик. Собрал вещи из расчета, что «бедовать» в закрытом помещении придется две недели.
Прислушивался к дыханию...
В обед никого не было, а жаропонижающее сработало: температура упала до вполне комфортных 37 градусов, но болело горло.
Уже подкованный в симптомах, описание которых в эти дни щедро вываливали на россиян журналисты всех без исключения СМИ, он прислушивался к дыханию, стараясь уловить хрипы, а носом ловил запахи. Обоняние было в норме, дышалось тоже без затруднений. Говорит, уже только это радовало. А вечером, когда цифры градусника вновь показывали непривычные 38,9, он нашел в себе силы удивляться: почему же никто не пришел? В Свердловской области эпидемия в эти первые дни июня бушевала, даже свирепствовала: ежесуточно Роспотребнадзор сообщал о нескольких сотнях заразившихся, то и дело проскакивали вроде бы «скромные» данные о количестве умерших из-за пресловутого COVID-19. А к нему никто не пришел.
Дмитрию казалось, что прийти к потенциально-больному — это в интересах государства, которое должно стремиться максимально контролировать ситуацию, выявлять заболевших, лечить всех, кто в этом нуждается, и фильтровать тех, у кого рядовая ОРВИ, от тех, кто может представлять угрозу не только и даже не столько для своей семьи, сколько для многих других окружающих людей.
Ночью, стараясь как-то оправдать медиков, он придумал себе объяснение, что будто бы врачи в эти недели и месяцы работают на износ и, значит, наверняка поставили его в какой-то свой режим очередности, по которому возьмут у него анализ позже, когда сделают тесты тем, кто заболел до него. С этими мыслями он проснулся и утром. Решил уточнить, как дела на работе — Дмитрий занимает руководящую должность на одном из промышленных предприятий — и узнал, что там коронавирус подтвержден уже у четверых его коллег.
Заболела жена Наталья
Прождал весь день — снова никто не пришел! Поэтому лечился, как при гриппе. Но мать не выдержала — позвонила в районную поликлинику, наорала на заведующую, которая дежурно извинялась, объясняя, что лаборанты «хотели, но не смогли», что единственная в ее ведении машина постоянно на вызовах — медикам попросту не на чем ехать делать тесты.
Правда, на вопрос о том, почему обещали прийти, но даже не позвонили, чтобы объяснить ситуацию, ничего не сказала.
Вечером на третий день болезни мазки у него все-таки взяли — сказали, готовы будут после выходных. «В понедельник приходите на прием к своему терапевту», - заученно проговорила а лаборантка и увезла его анализ на исследование.
Участковая как раз на понедельник и назначила ему прием!
А завтра заболела жена Наталья. Тоже температура, боль в горле и, в отличие от мужа, одышка. К ней тоже пришла врач, сразу и честно сказала, что таким пациентам — второго контакта — тесты не делают: «Будет хуже — вызывайте скорую».
По счастью, за выходные и сам Дмитрий, и Наташа стали чувствовать себя лучше.
- У детей был насморк, мы думаем, они у нас тоже заразились и переболели, да и как может быть иначе, если мы живем под одной крышей, едим фактически из одной посуды, вытираемся общими полотенцами, дышим одним воздухом? - рассуждает мужчина.
Конвульсии медицины?
В начале новой недели началось, пожалуй, самое интересное в этой безынтересной и, в общем-то, рядовой «истории одного заболевшего». Конвульсии отечественной медицины, оказавшейся не готовой к работе в условиях пандемии. Дмитрий, далекий от политики, в эти дни часто ловил себя на мысли, что власть — профильные чиновники — показали свою слабость в умении оперативно выстроить работоспособную систему. Он подумал и о том, что уже одно только то, что никто не мог проконтролировать, как он добирается до поликлиники, вызывало удивление.
- Хорошо, что я человек довольно сознательный и даже мысли не допускал, чтобы ехать на прием в общественном транспорте, но ведь не все такие ответственные, да и не у всех есть машины, - рассуждает он, добавляя однако, что заразить кого-то в случае, если болен сам, или заразиться коронавирусной инфекцией, если вирус на тот момент еще не попал к нему в организм, мог легко и в медучреждении.
У кабинетов все пришедшие на прием пациенты сидели вместе в одной очереди.
- Но мне понравилось, как повели себя сотрудники, когда в кабинет должны были завести «ковидного» мужчину, - рассказывает он и объясняет, что в этот момент всех людей попросили уйти в сторону и только после этого, убедившись, что рядом никого нет, больного с подтвержденным диагнозом «коронавирус» завели внутрь.
Обрабатывали ли после него кабинет? Проветривали ли коридор, где только что прошел зараженный? Дмитрий пожимает плечами. Вроде нет.
Пока сидел в очереди, позвонил начальник: «Дим, надо, чтобы ты завтра выздоровел, а то у нас тут все свалились и на больничные ушли»...
В кабинет заходил с опаской, что вот и он сейчас пополнит и без того большую армию больных COVID-19.
- Не могу найти результатов вашего анализа, - перерыв все бумаги на столе, заявила врач и предложила ему самому сходить в лабораторию в соседнее здание, чтобы получить их на руки.
Дмитрий чувствовал себя хорошо, поэтому пошел.
- С чего это вы решили, что такие результаты мы выдаем пациентам? - ответили лаборанты вопросом на вопрос. - Приходите с лечащим врачом, тогда и будем искать.
Через полчаса он вернулся с терапевтом, которая по такому случаю прервала прием, оставив больных и выздоравливающих у закрытого кабинета. Тут-то и выяснилось, что результаты теста, взятые у Дмитрия... потерялись. Однако это ничуть не обеспокоило ни сотрудниц лаборатории, ни участкового врача. Они отнеслись к этому, как к рядовому событию — и если врач еще пыталась просить и требовать, то сам мужчина уже все понял.
- Выписывайте меня уже, - махнул наш герой — говорит, этот порыв был адресован не конкретным медикам — всей системе, которую никак нельзя было назвать правильной.
Лаборанты были только рады, что пациент ушел, а врач все же предложила продлить больничный, но он отказался. Чувствует себя хорошо, меры безопасности обещает соблюдать...
На следующий день он вышел на работу. А через несколько дней рассказал, что добавились еще заболевшие. Но сам Дима больше не болел, потому и сделал вывод, что и он, и Наташка, и дети сумели без сильных потерь справиться с болезнью, наделавшей немало шума в 2020 году.
Что сказали в оперативном штабе?
Редакция Портала Strana.LIFE обратилась за комментарием по поводу этой небанальной, по нашему мнению, ситуации в оперативный штаб по предупреждению распространения коронавирусной инфекции на территории Свердловской области. Мы получили такой ответ:
- Оперативный штаб не обсуждает публично диагнозы, обстоятельства лечения конкретных пациентов, поскольку это запрещено законодательством Российской Федерации. Во всех случаях пациентам необходимо обратиться к лечащему врачу или к руководству медицинского учреждения за разъяснениями, если они требуются. Это действенный и законный способ получения информации в отличие от попытки обсудить вопрос в интернете.
Уральской медицине «погрозили пальцем»
В Федеральной службе по надзору в сфере здравоохранения давно следили за организацией работы с ковид-больными на Среднем Урале. «В Свердловской области выявлены грубые нарушения в организации и оказании медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией», - заявили в конце июля в Росздравнадзоре, уточнив, что проверяли и Управление здравоохранения Екатеринбурга, и весь областной Минздрав.
Уральскую медицину обвинили в несоблюдении сроков проведения и предоставления результатов лабораторных исследований на COVID-19, низком охвате исследованиями на коронавирус пациентов с ОРВИ и гриппом, низком удельном весе подтверждения результатов исследований при проведении ре-тестирования.
Надзорное ведомство посчитало, что в Свердловской области затруднен полноценный анализ данных об оказании медицинской помощи пациентам в стационаре и на амбулаторном этапе. Кроме того, в ряде больниц число занятых ковидными пациентами коек превышало количество перепрофилированных мест.
- Не все учреждения оснащены в достаточном количестве необходимым медицинским оборудованием — аппаратами искусственной вентиляции легких, прикроватными мониторами, - сказано в документе по итогам проведенной на Урале проверки Росздравнадзора. - В ряде больниц не хватает врачей анестезиологов-реаниматологов, медицинских сестер и медицинских сестер-анестезистов. Имеющийся запас комбинезонов (противочумных костюмов) в половине медицинских организаций области составляет менее семи суток.
На этом основании уральских медиков обвинили в ненадлежащем исполнении полномочий, установленных Федеральным законом № 323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в части создания условий для обеспечения доступности и качества медицинской помощи в целях защиты прав гражданина в сфере охраны здоровья. Министерству здравоохранения Свердловской области и Управлению здравоохранения Администрации города Екатеринбурга Росздравнадзором выдано предписание о принятии действенных мер по устранению выявленных нарушений и их недопущению впредь. При этом итоги проверки направлены в Генпрокуратуру и Минздрав России.
Легко отделались...
На самом деле, семья Дмитрия еще легко отделалась: и взрослые, и дети обошлись без последствий для здоровья, хотя примеров трагичных и шокирующих в период пандемии было немало. Но осадок от работы медиков в условиях эпидемии у ребят остался — настолько бессистемно, равнодушно и безответственно проявили себя медики, что, желая того или нет, но продемонстрировали тот хаос, который царил в медицине, хотя власти и убеждали в том, что все у них будто бы под контролем.
На деле же видно: был период, когда фактически никакого наблюдения за потенциально-больными не было, подход к диагностике и лабораторным исследованиям оставался явно далек от идеального из-за чего распространение опасной инфекции шло гораздо быстрее, чем могло бы быть. Нет сомнений, что это серьезно повлияло на общую статистику в отдельно взятой Свердловской области. И нет никаких гарантий, что в других регионах было лучше…
