Отец из Казани уже два года пытается добиться справедливости и забрать детей после того, как мать неоднократно применяла к ним физическое насилие. Несмотря на показания детей, заключения опеки и судебно-медицинских экспертиз, суд отказался передать детей отцу, оставив их жить с матерью. Своей историей мужчина поделился с порталом «Страна.Лайф».
Роман вступил в брак в 2015 году, в семье родились двое детей — в 2019 и 2022 годах. По его словам, с годами отношения начали ухудшаться: супруга требовала отказаться от прав на квартиру, а после отказа начала препятствовать ему проживать с детьми.
«Детей в 2024 году определили жить с ней. В июле того же года дочь впервые пожаловалась, что мать её часто бьёт», — рассказывает Роман.
После этого он через суд добился права на вселение и проживал с детьми с конца сентября по декабрь. Однако в декабре 2024 года дочь снова пожаловалась на побои. Роман обратился в прокуратуру, а затем — в полицию.
В январе 2025 года он сообщил о происходящем в отдел опеки. Там подтвердили неоднократные случаи физического и психологического насилия. При встрече, организованной органами опеки, мать, по словам мужчины, не отрицала методы воспитания, ссылаясь на собственный опыт в семье.
6 февраля 2025 года полиция назначила комплексную судебно-медицинскую экспертизу, подтвердившую наличие преступного умысла и угрозу жизни детей. В марте сотрудники детского сада заметили синяк на лице девочки. В апреле — уже сильный синяк, зафиксированный отделом опеки. В ходе осмотра также были обнаружены множественные следы побоев.
Тем не менее, 16 июля 2025 года суд отказался передать детей отцу, несмотря на то, что отдел опеки и прокуратура выступили в его поддержку. Спустя две недели, 28 июля, Следственный комитет возбудил уголовное дело по фактам насилия по ч.2 ст.117 УК РФ (истязание несовершеннолетнего с особой жестокостью).
«Почему следствие тянуло до того, как суд вынес отказ — не понимаю. И в решении суда написано, что якобы не представлено убедительных доказательств ненадлежащего воспитания. Хотя и опека, и прокурор говорили, что ничего подобного в практике не встречали», — говорит Роман.
На сегодняшний день мужчина продолжает добиваться пересмотра дела и настаивает на том, чтобы дети были переданы ему.