В Екатеринбурге прошел траурный митинг памяти о погибших во время пожара в Кемерове

Сегодня днем на площади Труда Екатеринбурга прошел стихийный митинг памяти людей, погибших 25 марта во время пожара в кемеровском торговом центре «Зимняя вишня». Не согласованный ни с кем митинг в центре города прошел под присмотром пары полицейских и в середине рабочего дня собрал порядка 150 человек. В толпе не объявилось организаторов акции памяти и практически не было заготовленных речей: каждый из пришедших в порядке очереди говорил то, что считал нужным.

Как пишет Ural24.com со ссылкой на Знак.ком, за четверть часа до назначенного времени у заснеженного фонтана «Каменный цветок» на площади Труда собрались несколько десятков человек. На цветке — небольшой плакат, нарисованный вручную: «Кемерово. Скорбим». Подходящие к фонтану люди укладывают на бортик цветы, и уже через несколько минут на импровизированном мемориале нет пустого места: желтые тюльпаны, белые розы, красные гвоздики лежат вперемешку с плюшевыми зайцами, утятами, мишками и куклами. Здесь же — нарисованные второпях плакаты и распечатки. «Мы все живем в большом, огромном Кемерово! Пока нам повезло?!!» — гласит один из них.

В толпе, организованной самими горожанами через соцсети, стоят взрослые мужчины, молодые мамы с детьми, студенты и пенсионеры — и в первые минуты ни один из них не говорит ни слова. Позже кто-то спохватывается, что за мемориалом нужно проследить до завтра: 28 марта в Кемерове пройдут первые похороны погибших. Некоторые, постояв у мемориала, уходят в стоящую рядом с фонтаном часовню, чтобы поставить свечку за упокой погибших.

«Ясно, что эту боль невозможно пережить, пересказать, высказать. Поэтому мне бы очень хотелось, чтобы мы с вами рассказали всем нашим близким, родным, какое событие жуткое произошло в нашей стране, — начинает говорить одна из женщин, пришедших почтить память кемеровчан. — Надо сказать, что такие события происходят достаточно часто. Это просто ужасно, просто ужасно. Вспомним всех тех, кто погиб из-за какой-то растяпанности, расхлябанности… Так и происходят все события, о которых вспоминают потом с ужасом».

Еще несколько минут после этого люди проводят в тишине, пока из толпы, страшно извиняясь, не выходит молодой парень по имени Александр. «Я сам педагог, и я просто не мог поверить, что это правда. Мне очень горестно, что от такой ужасной безалаберности, от такой безысходности, от простого отмывания… извините меня… Не знаю, почему бедные дети за это расплатились. Почему мы в этом виноваты? — его речь сбивается, но он продолжает. — Это просто ужасно: люди кричали, долбились в эти двери, и никто не мог им помочь. Россия никогда не будет великой, пока наша жизнь не будет стоить дорого. Никогда! Я просто не понимаю тех педагогов, как они могли просто закрыть детей и уйти…».

Слушавшие его заметили, что пока эта версия не была подтверждена официально. «Это правда, это доказанный факт! Зачем нас всех обманывают? Там жертв гораздо больше, больше 400 человек, а написали 64!» — говорит он, и цифра «64» расходится шепотом по толпе. Старушка в толпе причитает: «Это стало нормой уже, сначала „Хромая лошадь“, теперь это…».

Мужчина в возрасте подхватывает, ставя под сомнение то, что в безопасности находятся посетители городских торговых центров. «Возьмите наш „Мегаполис“ — проходы все уже забиты киосками, пройти, если не дай бог что-то случится, там невозможно будет. Если какой пожар, не дай бог, машины начнут разворачиваться под входом и люди попадут под машины». «Почему городская власть не убирает эти киоски, почему она их не видит?» — возмущается девушка рядом с ним.

Но политическую тему стараются не поднимать. «У нас не митинг, мы пришли сюда почтить память детей. Дети — мои земляки, я сам кемеровчанин. Для меня это личная трагедия, у меня друзья все из Кемерово, из Новокузнецка. Я единственное, что хочу сказать, — берегите, пожалуйста, своих детей, цените каждую минуту, которую с ними проводите. Жизнь – непредсказуемая штука. Берегите не только своих — мы всех детей должны беречь, не должно быть равнодушия к детям», — говорит уроженец Новокузнецка Андрей. Он вспоминает, что еще его мама в 60-х ходила на экскурсию в здание фабрики, где позже создали ТЦ «Зимняя вишня», и удивляется этой безалаберности.

У митингующих нет каких-то требований, но Андрей обращается с просьбой к властям объявить национальный траур (на тот момент до объявления официального траура оставалось чуть больше часа — прим. Znak.com). «Чем дети хуже Брежнева, Андропова? Объявите траур! Не надо ждать неделю, 10, 12 дней и нас держать в неведении! Пусть вся страна поскорбит. Я реву третий день, понимаете? — и тут мужчина уже не может сдержать слез. — Я не могу свыкнуться с мыслью, что столько детей погибло. Насколько нужно быть черствыми людьми, чтобы детей закрыть, уйти. Это просто невозможно». «Люди сами объявили для себя траур, никакого руководства не надо», — отвечают люди на призыв.

Некоторые люди больше возмущены не трагедией, а тем, что не могут найти достоверную информацию о ней. «Я звоню своей маме, у которой нет интернета, и она считает, что все хорошо, что ничего не произошло. Да, пожар, да, жалко детей, но Путин молодец — он цветы положил к памятнику», — делится молодая девушка Настасья. «Он единственный из руководителей, кто приехал, кто вышел к народу», — прерывает ее Андрей.

— Вы серьезно? Он вышел к народу? Он положил цветок, он не вышел к народу! — срывается она.
— Конечно, 100% правды мы никогда не узнаем. На людей, которые представляются родителями потерпевших, уже начинают «гнать», что они не настоящие, это все подстава, это все против Путина. Но то, что сейчас люди собираются по всей стране, — это наш шанс исправить ситуацию, сделать так, чтобы такого больше не повторялось. А чтобы такого не повторялось, надо наказывать не вахтеров, которые получают по 10 тыс. рублей, а тех, кто должен следить за этим, кто получает за это огромные откаты!

Участники митинга отмечают, что у них нет никаких требований — они просто пришли выразить сочувствие. «Но мы, как люди, требуем, чтобы власть отвечала за все, что происходит в нашей стране. Или пусть уходит, если не готова отвечать за это. Мы выберем тогда новых, других, которые будут отвечать», — говорит Анна Пастухова. Ее тоже возмущает, что на телеканалах почти нет правды о произошедшем в Кемерове.

Вскоре участники акции памяти начинают обсуждать не только трагедию в Кемерове. «Строят из говна и палок, что угодно так сгорит. И то упорство, с которым они пытаются скрыть… Где гарантия, что завтра не загорится какой-нибудь „Парк Хаус“», — причитает женщина в годах. «Они же объяснили, почему скрывают. Если 150 человек [погибли], то всех надо сразу в отставку отправлять», — отвечают ей. «Так и должно быть так! Должны подать в отставку люди, которые причастны к этому, а все сидят на местах, и ни один человек не подаст в отставку по собственной воле, пока его не снимут», — сетует она.

Вспоминают и президента, который сегодня посетил Кемерово, но здесь скорбящие уже не так едины в оценках. «Он ни разу не вышел объясниться даже! А вот думать надо, когда идете голосовать, — возмущается седой мужчина.

— Там погибли дети, а нам продолжают лгать! А мы — трусы и негодяи, потому что мы это терпим. И пока мы это терпим, дети будут гибнуть».
Женщины возле него такой настрой не разделяют:

— Путин, каким бы он ни был — я за него не голосовала, — не может нести ответственность за все на местах, — говорит одна из них.

— У нас 145 миллионов [человек] в стране, и вопрос — а кто?

— Да я никого бы не выбрала, я сама не ходила на выборы. Я сама живу, без них, работаю. Если некого выбирать.

Разговор стараются поскорее свернуть: скорбь сегодня должна быть важнее политики. Но спор сразу не заканчивается: люди спорят, будет ли война, сетуют на дороги и обсуждают, должен ли президент нести ответственность за все происходящее. «Это уже не наладится. Я в этой стране жить не хочу, я поняла. Я отсюда уеду», — разочарованно говорит одна из участниц митинга, и беседа угасает. Еще полчаса в тишине к фонтану продолжают подходить люди с цветами.