ИноСМИ: Путину удалось стать ключевым политическим игроком мира

Россия на Ближнем Востоке делает приоритетными целями «повстанцев», а не ИГ, за что регулярно подвергается критике западными СМИ. При этом Запад сам становится заложником опасного альянса все более ярко выраженного исламизма Турции Эрдогана с державами Персидского залива.

Как опытный дзюдоист, Владимир Путин предпочитает использовать слабости противников для достижения цели с наименьшей затратой сил. Заручившись военной помощью Ирана и дипломатической поддержкой Китая, президент России старается сохранить режим Башара Асада так, чтобы тот стал де факто последним оплотом против Исламского государства, пишет Le Figaro.

По словам обозревателя Алексиса Феерчака, "в условиях противостояния турок и курдов (и те и другие - заклятые враги друг друга, но при этом союзники Запада) Владимир Путин проявляет себя отличным тактиком, который опирается на прочные и осторожные военные альянсы для укрепления позиций на международных переговорах. Он не боится даже, по факту, перечеркнуть их, если читает, что может добиться большего, что прекрасно иллюстрирует нынешняя встреча в Женеве.

При этом стратегия Путина носит оборонительный характер на фоне американской политики в отношении Москвы, которая становилась лишь жестче с 1991 года, подчеркивает эксперт.

Ведь что могут сделать западные страны? Расширить помощь мятежникам, которых поддерживают Турция, Саудовская Аравия и Катар? Как минимум, это означало бы слишком серьезный политический риск, потому что (снова) показало бы общественности, что «умеренных» повстанцев не существует, и что с режимом борются лишь исламистские группы под началом «Джабхат ан-Нусра», то есть местного «отделения» «Аль-Каиды».

Люббые движения такого рода чреваты риском прямого вмешательства Турции (в России есть на этот счет подозрения) или Саудовской Аравии (она уже говорила о готовности направить наземные войска в рамках международной коалиции). В такой перспективе не исключена эскалация: ведущийся сейчас в Сирии, Ираке и Йемене непрямой конфликт суннитских и шиитских держав мог бы переступить опасную красную линию.

Феерчак отметил, что Владимир Путин все больше опирается не только на Дамаск, но и на сирийских курдов, поставляя им оружие, в том числе и гранатометы РПГ-7. У его интереса к курдам есть сразу две причины. Прежде всего, курды пользуются операциями Дамаска в Алеппо для проведения собственного наступления на позиции мятежников. Они стремятся продвинуться на восток, чтобы сформировать единую курдскую зону от Африна до Кобане (этот город прославился во время осады Исламским государством), который граничит с Иракским Курдистаном.

Таким образом, курды создают своеобразную прослойку между режимами Асада и Эрдогана, а также подчеркивают противоречивость позиции западных государств и прежде всего США, у которых в союзниках оказываются такие злейшие враги как турки и курды.

Фактически, в путинской стратегии сирийский конфликт можно рассматривать как прямое продолжение украинского. Москва хочет прочертить «красные линии», которые США (и НАТО) не имеют права переступать. В этой связи Владимир Путин находится по большей части на оборонительных позициях, что дорого обходится Москве в долгосрочной перспективе касательно военных расходов.

Американское рвение продолжить холодную войну недавно проанализировал американский историк Стивен Коэн. По мнению этого сторонника разрядки между двумя блоками, «национальная безопасность Америки должна опираться на Москву, но американцы в опасном высокомерии не признают за россиянами права чертить «красные линии», хотя во времена СССР эти линии существовали.

"Придерживаясь оборонительной позиции с опорой на выдающийся тактический талант, президент России стремится прочертить красные линии в Сирии, где расположена единственная военно-морская база Москвы за границей, необходимая для обеспечения устойчивого присутствия в средиземноморском регионе", резюмирует французский аналитик.